Разсужение о древнем и новообрядческом текстах Символа веры. Часть 3 из 3

Публикуется в сокращении. Продолжение части 2.

Теперь перейдём непосредственно к тексту исповедания Второго Вселенского Собора в Константинополе 381 г. О Святом духе в нём говорится: "Καί εἰς τό Πνεῦμα τό Ἅγιον, τό κύριον, καί τό ζωοποιόν" (каи эис то пнеума то хагион то кюрион каи то дзоопоион). Наибольшую трудность при переводе вызывает выражение "τό κύριον" (то кюрион), ибо всё остальное вполне понятно: "и въ Духа Святаго, τό κύριον, и животворящаго". В разных славянских рукописях "τό κύριον" переведено в трёх вариантах: 1) просто "Истиннаго", 2) просто "Господа" и 3) "Господа истиннаго". Пишет исследователь Символа веры А. Гезен:

"Греческое прилагательное "κύριον" значит (между прочим) истинный ... Это совершенно очевидно, так как выражение "τό κύριον" в этом смысле употребляется уже у греческих авторов, начиная с V в. до н. э."

Однако А. Гезен пытается дискредитировать перевод "τό κύριον" как "истиннаго" тем, что, отрываясь от текста самого Символа веры, указывает на стих из Евангелия от Иоанна (15:26), где говорится "τὸ πνεῦμα τῆς ἀληθείας", и пишет:

"При этом, конечно, забыли или не знали, что в греческом Евангелии Дух Святой называется не "τό κύριον", но "τῆς ἀληθείας", и что не следует смешивать понятия "Дух истины" и "Дух истинный".

Относительно стиха Ин. 15:26 выше уже было показано, что славянский переводчик наилучшим образом передал фразу "τὸ πνεῦμα τῆς ἀληθείας" через "Доухъ истиньныи". Совершенно надуманным выглядит упрёк А. Гезена в том, что якобы славянские переводчики не понимали разницы между выражениями "τὸ πνεῦμα" и "τῆς ἀληθείας". Дело обстоит как раз наоборот. Например, в одном из древнейших памятников церковно-славянской письменности, который в первой четверти XIX в. был известен как "Написание о правеи вере, изоущеное Константиномъ блаженымь философомъ учителемь о Бозе словенскому языку" (сейчас оно хранится в России в составе среднеболгарского сборника 1348 г. в Государственной публичной библиотеке), как сообщает исследователь данного памятника А. И. Юрченко:

"Удалось выявить почти буквальное сходство текста памятника с текстом фрагмента вероисповедного характера из Большого Апологетика (Apologeticus Major) Никифора I Исповедника, патриарха Константинопольского (ок. 758–828 гг.). ... Патриарх Никифор был выдающимся борцом против иконоборцев, он написал Большой Апологетик в ближайшие после заточения годы (818–820 гг.). Сам патриарх как исповедник был прославлен в 846 г."

Итак, перевести "τό κύριον" просто как "Господа" невозможно вследствие сопротивления этому самого греческого языка, так как в этом случае грамматически необоснованным оказывается член "τό" перед "κύριον". Ибо значение "господин", "хозяин", "глава", "царь", "Господь", в Новом Завете имеет только "κύριος". Следовательно, приходится думать, что "τό κύριον" описывает нечто, что характеризует "τὸ πνεῦμα". В греческом языке "κύριος" имеет значения: "имеющий силу", "власть", "право", "могущественный", "владетельный", "настоящий", а также "законный", "имеющий действительную, настоящую, законную силу".

Как видим, "τό κύριον" в некоторых контекстах имеет одновременно два смысловых пласта: понятие о мощи, господстве и, одновременно, понятие о действительности, законности, истинности этой мощи или господства. Это положение совершенно бесспорное и очевидное, поэтому даже А. Гезен вынужден был признать, что "τό κύριον" может означать одновременно и понятие о господстве и понятие об истинности, правда, сделал он это в несколько туманных выражениях. Более того, сами греки в догматических толкованиях определили, что "τό κύριον" выражает одновременно и господство и истинность Духа Святого. Архиепископ Филарет (Гумилевский) говорит об этом следующее:

"Чтение "и въ Духа Святаго истиннаго" одолжено первоначальным своим происхождением толкованию слов подлинника "τό Πνεῦμα τό Ἅγιον, τό κύριον, τό ζωοποιόν". В греческом толковании Символа (века XIV) писали, что член "τό" перед "κύριον" самою неправильностию сочинения указывает на особенность мысли, на то, что Дух Святый не есть преходящее явление силы Божией, а истинное, сущее бытие, Дух истинный".

К словам архиепископа следует внести одно уточнение – Церковь, в ходе борьбы с еретиками, называла в толкованиях Духа истинным ещё за 1000 лет до XIV в., а само толкование опирается на слова Григория Богослова (Слово 25): "Учи именовать Святого Духа истинно Святым, потому что святость Духа есть не что-либо придаточное, но самоисточное". Следовательно, греки исповедовали, что "κύριον" в Символе выражает понятие о Господстве, а присутствие "τό" перед "κύριον" – это указание на истинность Господства, что оно по сути присуще Духу Святому. Поэтому в своих толкованиях Символа они посчитали своим долгом указать на то, что в Символе отражено и записано исповедание Святого Духа Господом истинным. Иными словами, для отцов Второго Собора и всех последующих греков "τό κύριον" означало в дословном переводе на русский – "истинно господствующий".

И если выражение "τό κύριον" содержит в себе одновременно два смысловых пласта, то его никак невозможно (без ущерба для православной догматики) перевести только одним словом, так как оба эти пласта непременно должны быть отражены в переводе. В греческом языке таких трудностей не возникало, поскольку он позволял как бы соединить в одном выражении "τό κύριον" два слова: читай то, что написано, но сразу же прибавляй в уме "истинный" или "Господь" смотря по тому, как ты понял "τό κύριον".

Конечно, если формально и необдуманно переводить греческий текст на другой язык, который не имеет таких средств, как греческий, то здесь возникает тупик, так как будет получаться либо только "Истинный", либо только "Господь", но тогда выпадает одна из догматически определённых православием характеристик Святого Духа – или Его истинность, или Господство. Но тогда перевод не будет точно следовать за смыслом Символа, что может, при определенных обстоятельствах, привести к ереси. Правда, неназывание Святого Духа "Господом", вероятно, было бы виной несколько меньшей по сравнению с неисповеданием Его "истинным", так как и Бог Отец не назван в Символе Господом, ибо отцы церкви посчитали это и так очевидным. Совсем другое дело – истинность Духа Святого.

В середине и в конце IV в. еретиками делались нападки на истинность Святого Духа, православные же, наоборот, старались подчёркивать законность, истинность Святого Духа, Его истинное Господство. Упор, в таком случае, делался на слово "истинный" и меньше внимания уделялось Господству. Греки нашли прекрасный выход из этого положения, написав в Символе Веры Второго Собора с некоторой грамматической особенностью – "τό κύριον", то есть дословно "Истинно господствующий". У славянских же переводчиков не было другого выхода, как наглядно расшифровать точный смысл Символа Веры и показать, что именно следует разуметь и действительно имеется ввиду в выражении "τό κύριον", поэтому они развернули оба смысла в виде слов "Господа истиннаго". Эта формула не несла в себе никакого искажения или добавления, наоборот, она полностью соответствовала догматическому смыслу выражения "τό κύριον", как оно понималось на православном Востоке с самого раннего времени.

Таким образом, дониконовский перевод Символа есть расшифрованное до малейших деталей и тонкостей догматического смысла исповедание веры, принятое у греков со времени Вселенских Соборов и, по крайней мере, до начала XV в. Кстати, представляет интерес то обстоятельство, что древние англы и саксы пошли точно по такому же пути, что и славянские переводчики. Так, англо-саксонский перевод Символа времён епископа Эльфрика и короля Альфреда (IХ-Х вв.) в дословном переводе на русский язык звучит как "и в Духа Святого, Бога истинного Владыку и жизни подателя". Не следует думать, что русские люди XVII столетия не были знакомы с тонкостями перевода греческого "τό κύριον", совсем наоборот, возможность разновариантного перевода была им прекрасно известна. Таким образом, весь приведенный материал свидетельствует, что в Символе Веры обязательно и непременно должно быть представлено исповедание Духа Святого Господом истинным. В этом убеждают нас и чистая филология, и история текста, и православная догматика.

Диакон Валерий Тимофеев

Опубликовано 6 июня 2020
Яндекс.Метрика